tesey (tesey) wrote,
tesey
tesey

Банда спортсменов-передовиков




292 500 рублей захватила в начале 1950-х годов банда в ходе 15 налетов в Москве и Подмосковье. Огромные деньжищи по тем временам. Но задержать ее членов не удавалось почти три года. На самом деле, в те годы кассы, магазины, склады грабило множество банд. Некоторые ОПГ выбирали более узкую специализацию для налетов, например, регулярно грабили церкви заодно с домами и квартирами священников…



Самой известной ОПГ сталинской эпохи с легкой руки Станислава Говорухина стала "Черная кошка". Раз за разом неуловимые бандиты уходили от преследования, хотя над поиском работал весь столичный МУР. Шутка ли, дерзкие нападения длились как минимум три года. Забегая вперед, сразу скажем, что большинство из описанного в фильме вымысел - работать оперативникам было очень сложно, и не потому что преступники были очень жестоки, совершив за 3 года 11 убийств, в том числе троих сотрудников милиции, что для СССР - ЧП в масштабах страны. На самом деле, у группировки вообще не было никаких связей с криминальным миром - костяк банды составляли молодые ударники труда и передовики. 8 из 11 преступников трудились не где-то, а на "Красногорском механическом заводе", делавшим знаменитые на весь Союз фотоаппараты "Зенит". Кроме этого основным профилем завода была аппаратура для управления ракетами класса «воздух-воздух» и «земля-воздух». Двое же были курсантами престижных военных училищ.



Впрочем, я думаю, можно просто сказать, что главарь Иван Митин незадолго до ареста был представлен к высокой правительственной награде — ордену Трудового Красного Знамени, а Пётр Болотов, занимавшийся разработкой и планировкой нападений, был стахановцем оборонного «пятисотого» завода и членом партии. Удивительное дело, что же толкнуло этих ребят на совершения преступлений?

Это не было случайностью. Многие очевидцы помнят Ивана Митина как дружелюбного, энергичного и коммуникабельного человека. Кроме этого парень любил риск. Например, ему удалось раздобыть трофейный мотоцикл БМВ с коляской, который старожилы помнят до сих пор. Только еще один мотоцикл гонял по послевоенному Красногорску – мотоцикл капитана футбольной команды, любимца и гордости мальчишек. Где и как Митин заполучил железного коня – неизвестно. Но водительское удостоверение ему выдали по всем правилам. Он гонял по городу и охотно подвозил и мальчишек, и девушек, и знакомых милиционеров. Часто видели, как он возился с мотоциклом у своего дома. Иван легко сходился с людьми и еще более легко угощал водкой – сам он пил мало. Многие сотрудники правоохранительных органов Красногорска дружили с ним, говорят, даже прокурор. Никто не мог себе представить, что Митин - опасный бандит, который по ночам наводит ужас на всю Москву и Подмосковье.

Митин настолько уверовал в свою неуязвимость, что в разгар охоты на банду, когда его описание было известно в каждом отделении милиции, он подвез знакомого майора до Управления внутренних дел на улице Горького.

Но это будет потом. А пока, в январе 1950-го, ему двадцать два года. Все вокруг напоминает об отгремевшем юбилее Сталина. Красногорцы едут в Москву на открывшуюся в Музее изящных искусств выставку подарков великому вождю. Портреты Сталина висят над главной проходной Красногорского завода, над Зимним клубом и райкомом партии. Митин въезжал на мотоцикле в Тушино на авиационный завод или к своим друзьям, Болотову и Аверченкову, и его приветствовал лозунг «Слава сталинским соколам!», украшавший здание Центрального аэроклуба. Однако лозунги остались для них лозунгами. Они не станут тушинскими соколами. Они превратятся в тушинских воров.

В январе 1950-го Александр Самарин предложил Митину совместный налет. С Самариным и Агафоновым, военнослужащим гвардейской механизированной дивизии, Митин познакомился в Зимнем клубе. Мотив был простой: "Иван, зачем ты работаешь в две смены? Можно просто пойти и взять магазин - денег будет хоть отбавляй".

Самарин, бойкий светловолосый парень из Губайлова, уже был замешан в темных делах. В феврале 1949-го он собрался с друзьями, Николаенко и Агафоновым, в женское общежитие, но был на мели. Недолго думая, он взломал продовольственную палатку в центре города и пришел на праздник с полными подарков руками: шоколадом, колбасой и даже сгущенкой. Вот только 15 литров водки пришлось долго распивать тайком.


Члены банды (слева направо): Иван Митин, Александр Самарин, Вячеслав Лукин, Степан Дудник
.

Дела завертелись очень быстро. 1 февраля 1950-го старший оперуполномоченный Кочкин и участковый Филин совершали обход, когда застали Митина с подельником во время подготовки к разбойному нападению на магазин в Химках. Завязалась перестрелка. Кочкин был убит на месте. Преступникам удалось скрыться, а 26 марта им наконец-то удалось крупное ограбление. Слова «Всем стоять! Мы из МГБ!», выкрикнутые в магазине, обескуражили сотрудников. Воспользовавшись замешательством, преступники очистили кассу на сумму 63 тысячи рублей – крупный куш. Не на шутку настоящее МГБ заволновалось 27 марта 1951 года. В тот день вооруженные пистолетами «митинцы» ограбили один из магазинов в Кунцево, убив пытавшегося им помешать директора. От этого места до Ближней дачи Сталина было всего несколько километров!

Убийство милиционера Кочкина было совершено «митинцами» незадолго до выборов в Верховный Совет. Радужная информационная повестка тех дней, с уверениями о росте экономики, о том, что жизнь налаживается, преступность искоренена, шла вразрез с произошедшими ограблениями.

МУР принял все необходимые меры для того, чтобы эти происшествия не стали достоянием общественности.

Банда Митина заявила о себе спустя всего три месяца после того, как главой Московского Обкома стал приехавший из Киева Никита Хрущев. В то время информация обо всех громких преступлениях ложилась на стол высших чинов государства. О «митинцах» не мог не знать Иосиф Сталин и Лаврентий Берия. Новоприбывший Никита Хрущев оказался в щекотливой ситуации, он лично был заинтересован, чтобы «митинцев» как можно скорее нашли.

В марте 1952 года Хрущев лично приехал в МУР для того, чтобы устроить «разнос».

В результате визита «высокого начальства» два начальника райотделов были арестованы, в МУРе создали специальный оперативный штаб по делу банды Митина.

Преступники отлично понимали, что после первого убийства попадаться было нельзя, никто бы не отделался легким сроком. Митин был готов стрелять не только из страха потерять свободу. Он не хотел уходить в уголовный мир, он никогда не считал себя его частью. Шок от первого тюремного срока был сильным (в середине 40-х годов Иван провел 5 лет в колонии строгого режима за хранение оружия). Засел в подсознание, под кожу. Митин предпочел убить, чем быть схваченным с пистолетом и сесть в тюрьму на пять лет. Но отказаться от налетов он не хотел. Проработав на оборонном заводе, выжив в лагере и накормив пятерых членов семьи, он решил, что наступило его время.

Высокого блондина, в котором читался главарь, часто видели в длинном кожаном пальто. Несколько раз перед ограблением он менялся им со своими подельниками, чтобы запутать возможных свидетелей. Милиция продолжала искать белобрысого (Самарин) высокого (Митин) бандита в кожаном пальто (Митин, Агафонов, Аверченков). Кожаные пальто всегда хранили в себе запах власти и силы. Митинская кожанка стала его рабочей одеждой – в ней ограбление превращалось в операцию, уголовное преступление теряло низменность и банальность и становилось проверкой на смелость. Мы – не воры. Воры – не мы.

В январе 1953 года Лукин и Базаев выступали на соревнованиях по хоккею в Мытищах и приметили там сберкассу на площади Дзержинского. Вся «команда» приехала на условленное место уже через день, около полудня.


Магазин в Кутузовской Слободе, где был совершён налёт. 1953 год.


Войдя в сберкассу, Митин одним рывком перекрыл дверь тяжёлой батареей и подошёл к кассе. Одна из кассирш закричала, и он дважды ударил её в лицо пистолетом с такой силой, что обойма выпала и отлетела в сторону. Митин встал в центре зала и держал всех под прицелом второго пистолета. Лукин перепрыгнул через прилавок и сгрёб деньги в сумку – 30 тысяч рублей.

Тишину разорвал заверещавший звонок. После короткого замешательства Лукин снял трубку.

– Это сберкасса? – раздался мужской голос.

На другом конце провода находился дежурный отделения милиции – кассирша всё-таки успела нажать кнопку сигнализации.

– Нет, стадион.

Владимир Арапов (один из сыщиков по делу банды) сразу обратил внимание на странную оговорку грабителя. Почему стадион? Почему не магазин, ресторан, баня, в конце концов? Он сопоставил точки налётов на оперативной карте, и его поразило обстоятельство, на которое он не обращал внимания раньше. Многие ограбления произошли недалеко от местных стадионов – «Динамо», «Мытищи», «Тушино», стадиона в Сталинском районе и других спортивных центров.

Арапов немедленно дал ход этой версии. В его голове сразу сложились все части головоломки. Вокруг стадионов всегда много народа, и никто не обращает внимания на группы молодых парней. А ведь, по описаниям свидетелей, грабители были молодые люди спортивного вида. Может ли быть, что все эти годы МУР гонялся за призраком? За бандой уголовников, которой не было? Может ли быть, что это не уголовники, а спортсмены или болельщики?

Во все отделения милиции снова разослали приказ обращать внимание на любые неординарные события в среде молодёжи, особенно во время спортивных событий. На этот раз ждали недолго.

От избытка энергии и денег Лукин решил покуражиться. Выпив с друзьями недалеко от Красногорского стадиона, он, смеясь, укатил от торговой точки бочку с пивом, а когда продавщица пригрозила позвать милицию, Лукин выкупил всю бочку и стал тут же угощать всех желающих.

Среди тех, кто с готовностью окружил парня, был и Владимир Арапов. Он с наслаждением выпил предложенную кружку – холодное пиво на морозе – и взял на заметку бойкого молодого человека, с такой лёгкостью расставшегося с деньгами. Студент, соривший деньгами, - это редкость в то время.



Хоккейная команда КМЗ. Крайние слева – Федор Базаев, Вячеслав Лукин. 1951 год .


На Красногорском стадионе.

Утром сыщик снова приехал в Красногорск. Никакого компромата он сначала не нашёл, зацепиться вроде не за что. Лукин и его знакомые работают на оборонных заводах, пользуются уважением, занимаются спортом. В общем, молодые ребята живут в духе времени. Двое из них неразлучны – Лукин и Митин. С ними часто бывает хоккеист, токарь с КМЗ Базаев. Похоже, у них водятся деньги, они иногда бывают в ресторанах в Красногорске и Москве… Но ведь пьют они мало, неженатые, а на оборонных заводах платят нормально. Почему бы не быть деньгам? Их жизнь ничем не отличается от жизни других.

Единственное обстоятельство вызывало подозрение: Лукин выезжал на стадион «Мытищи» накануне ограбления сберкассы. Красногорский стадион стали пасти оперативники и милицейская агентура. Особо заинтересовались Иваном Митиным. Всё в нём вызывало подозрение у Владимира Арапова. Его взгляд, его повадки, его коричневое кожаное пальто. По чёткому отпечатку на снегу определили, что ботинки одного из членов компании оставляют рельефный рисунок, похожий на отпечатки внутри галоши, брошенной в мытищинской сберкассе.


Вещественные доказательства с места ограбления сберкассы и обыска на квартире Лукина.

«Когда Лукин поехал в Мурманск, в лагерь к Николаенко, – рассказывает Владимир Арапов, – к нему в купе подсел наш сотрудник. Воспользовавшись моментом, когда Лукин и Базаев вышли в ресторан, он вскрыл чемодан и обнаружил двадцать тысяч рублей в банковской упаковке. После проверки номеров ассигнаций было выяснено, что это деньги с ограбления подлипковской сберкассы. Оперативник запросил дальнейших указаний. Москва дала установку, чтобы деньги беспрепятственно дошли до адресата. Им и оказался Николаенко».

Арестовали "митинцев" не так, как в фильме. Задерживали без лишнего шума - в квартирах.

До рокового ареста Митин не ночевал дома два дня. Его подельник Аверченков несколько раз приезжал к нему в Губайлово и не мог застать. Снова приходил и снова ждал. Наконец Митин появился глубокой ночью 13 февраля. Поговорив немного, оба легли спать в его комнате. В шесть часов утра в дом ворвались сотрудники милиции.

Владимир Арапов вёл охоту на Митина не один год. Он знал его кровавые дела. И тем не менее сказал мне без объяснений:

– Необычный был парень. Спокойный. Взгляд пристальный, но дружелюбный. С ним было легко говорить.

Митин признался, что совершил страшные, тяжёлые преступления, но избегал слов о раскаянии или пощаде. Единственное обвинение, против которого он выступил, – обвинение в терроре против советской власти. Только представь себе. Матерый преступник напрочь отказывался признавать, что разрушал устои советской власти, и дело тут вовсе не в тяжести приговора, ему было стыдно! Он искренне продолжал считать себя коммунистом.

Арест одиннадцати членов красногорской банды совпал со смертью Сталина.

Суд приговорил Ивана Митина и Александра Самарина к высшей мере наказания — смертной казни через расстрел, приговор был приведен в исполнение в Бутырской тюрьме. А Лукин был приговорен к 25 годам лишения свободы. Что интересно, отсидел свой срок полностью, но через сутки после освобождения в 1977 году загадочно скончался. Тогда в МУРе говорили, что его "послал" на тот свет один из родственников убитых бандой, дождавшихся его освобождения. Кара настигла его даже через четверть века после преступления.


На следственном эксперименте в Рублево. В центре – обвиняемый В. Лукин.

Холодным летом 1953 года прошла уголовная амнистия, и потоки бывших преступников двинулись с востока на запад, заполонив города и посёлки. Но сыщики и блатные ещё долго называли банду Митина «последней». Возможно, потому, что это была последняя банда сталинского времени.

Неожиданным образом зловещая слава "митинской" банды нашла дополнительное подтверждение в 1959 году. Находясь в городе Сталино (Донецке), писатель Эдуард Хруцкий посетил в лагере вора в законе Андрея Климова, известного в криминальном мире под кличкой Крест. Он отбывал срок, которому не было видно конца, с 1947 года. Климов, выживший в штрафбате, в банде и в «сучьей» войне, отличался хладнокровием и наблюдательностью.

– Кровавая «Чёрная кошка» – это ваша группа? – спросил Эдуард Хруцкий.

– Нет. Таких «Чёрных кошек» в одной Москве было штук десять, а по Союзу – тысячи две, - ответил Хруцкий и подумал, что вот так гибнут мифы.

– Значит, никакой «Чёрной кошки» не было?

– Нет, – усмехнулся Климов. – Если вас интересует настоящая банда, то поговорите с мусорами, пусть они вам расскажут о Митине.

– Кто это?

– Последний московский бандит. Его повязали перед самой смертью Сталина.

Вор в законе Климов признал «настоящей бандой» именно ту, которая никогда не была связана с уголовным миром.



Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →